Stolica.ru
Реклама в Интернет
НЛО и внеземной интеллект Аномальные Явления природы Астрономия и космонавтика
Новости сайта Наука и природа Файлы для скачивания
На следующий день после Розуэлла

Меня зовут Филипп Корсо. В течение двух невероятных лет – тогда, в шестидесятые годы, когда я был подполковником армии США, приписанным к отделу зарубежных технологий секции военных исследований и разработок в Пентагоне, я вел двойную жизнь. Во время моей рутинной ежедневной работы в качестве армейского эксперта-исследователя по оружию я изучал предметы вроде вертолетного вооружения, разработанного французскими военными, сложностей тактического развертывания противоракет или новых технологий приготовления и консервирования мяса для питания наших войск в полевых условиях. Я читал технические отчеты и лично встречался с инженерами на армейских полигонах, чтобы обсудить разные материально-технические темы и то, как продвинуть вперед текущие проекты. Я представлял их отчеты на рассмотрение моему начальнику, генерал-лейтенанту Артуру Трюдо – главе секции военных исследований и разработок (R&D), который управлял более чем 3000 человек и множеством проектов на разных стадиях их воплощения. На первый взгляд, особенно для конгрессмена, мельком смотрящего на то, как тратят деньги налогоплательщиков, все это было обычной рутиной.

Однако я работал в секции также в роли офицера разведки и личного советника генерала Трюдо, который сам возглавлял разведку армии США до своего прихода в R&D. Это была работа, к которой я готовился и которой занимался во время второй мировой войны и войны в Корее. Там я работал в штабе генерала Макартура и знаю, что даже в 1961 году, а может, и позже, даже в наши дни американские солдаты, которых захватили во время второй мировой и корейской войн, все еще сидят в "гулаговских" условиях по концлагерям в Советском Союзе и Корее. Некоторые из них были подвергнуты немыслимым психологическим пыткам. Они уже никогда не вернутся...

Как офицер разведки, я знал ужасный секрет: в некоторые из наших наиболее уважаемых правительственных учреждений проникли агенты КГБ, а ключевые аспекты американской внешней политики диктовались прямо из Кремля. Я сначала дал показания об этом на слушаниях, организованных пподкомитетом Сената под председательством сенатора Эверетта Дирксена от штата Иллинойс в апреле 1962 года, а месяцем позже предоставил такую же информацию министру юстиции Роберту Кеннеди. Он обещал мне, что передаст ее своему брату, президенту Кеннеди, и я имею все основания верить, что он так и поступил. По иронии судьбы, в 1964 году, когда я уволился из армии и служил в команде сенатора Строма Турмонда, мне пришлось работать дознавателем для члена Комиссии Уоррена, сенатора Ричарда Рассела. (Эрл Уоррен возглавлял комиссию, расследовавшую обстоятельства убийства Джона Кеннеди. – М. Г.)

Но самым глубоко скрытым секретом из всех, в центре двойной жизни, которую я вел, было то, о чем не знал никто. Оно было упрятано глубоко среди моей работы в Пентагоне: шкаф с материалами, который мне довелось унаследовать из-за разведывательного прошлого. В нем хранился величайший и наиболее тщательно хранимый секрет армии – Розуэллское досье, тайное хранилище обломков и информации, извлеченных поисковой командой 509-го авиаполка армейской авиации США из "летающего диска", разбившегося в пустыне штата Нью-Мексико близ города Розуэлл в темные предутренние часы первой недели июля 1947 года. Это досье было наследием случившегося спустя часы и дни после крушения, когда началось сокрытие истины со стороны правительства. Так как военные пытались установить, что же разбилось, откуда оно прилетело, каковы намерения его обитателей, была создана секретная группа под руководством директора разведслужбы адмирала Роско Хилленкоттера, чтобы исследовать природу летающих дисков и собирать всю информацию о встречах с этим "явлением", хотя в то же время существование любых "летающих тарелок" официально отвергалось. Эта операция в той или иной форме продолжалась в течение 50 лет в обстановке строжайшей секретности.

Я не был в Розуэлле в 1947 году и не слышал никаких подробностей о крушении в то время, так как это событие было очень плотно прикрыто даже от военных. Вы можете легко понять почему, если бы помнили так же, как я это помню, радиопередачу театра "Меркьюри" – "Война миров", когда вся страна ударилась в панику из-за истории о том, как завоеватели с Марса высадились в Гроверс Милл, штат Нью-Джерси, и начали атаковать местных жителей...

Однако теперь, в Розуэлле 1947 года, посадка летающей тарелки не казалась фантазией. Это была реальность. Военные не могли предотвратить этого и в то же время не хотели повторения паники. Так что вы можете представить работу мысли, пришедшей к крайней необходимости сохранить эту историю в тайне. Нет нужды говорить, что поначалу военные боялись, что корабль может быть экспериментальным советским оружием, так как он имел сходство с некоторыми разработанными в Германии самолетами, которые стали появляться в самом конце войны, особенно с серповидным "летающим крылом" Хортона.

Истории о Розуэллском крушении расходятся друг с другом в деталях. Так как я там не был, мне приходится полагаться на рассказы других людей и в том числе военных. На протяжении многих лет я слышал версии истории, в которых место крушения находят туристы, группа археологов или фермер Мак Брейзел. Я читал военные рапорты о различных крушениях в различных местах в сравнительной близости от Розуэллской базы армейской авиации, вроде Сан-Августина, Короны и даже различных местах неподалеку от самого города. Все эти рапорты были засекречены; я не копировал или вспомнинал их для своих собственных записей после увольнения из армии. Иногда даты крушения менялись в разных рапортах – 2 или 3 июля, противопоставляемые 4 июля. Я также слышал людей, которые спорят об этих датах и так и сяк, выстраивая последовательности событий, которые различаются друг от друга в деталях, но все сходятся на том, что что-то рухнуло в пустыне где-то за городской чертой Розуэлла, достаточно близко от самых важных военных баз – Аламогордо и Уайт-Сэндс. Это заставило военных среагировать быстро и озабоченно сразу же после того, как они об этом узнали.

Невзирая на разногласия в описании Розуэллской истории во многих различных источниках, описывающих ее, в 1961 году сверхсекретное досье о Розуэлле досталось мне, когда я возглавил отдел зарубежных технологий в R&D. Мой начальник Трюдо попросил меня использовать уже существующие программы по созданию и разработке оружия в качестве пути для внедрения инопланетной технологии в обычную промышленность, связанную с военными контрактами на оборонные заказы. В наши дни такие предметы, как лазеры, микросхемы, оптико-волоконные сети, устройства, в которых используются пучки ускоренных частиц и даже кевлар, применяемый в пуленепробиваемых жилетах, стали обычными. Но "семена", из которых проросло все это, были найдены на месте крушения инопланетного корабля близ Розуэлла и попали в мое ведение пятнадцать лет спустя.

Но и это еще не все.

В те шокирующие часы после обнаружения разбившегося розуэллского корабля военные пришли к выводу, что это инопланетяне. Еще хуже было то, что этот корабль и другие летающие тарелки наблюдали за нашими военными базами и даже демонстрировали признаки технологии, которую мы видели у фашистов. Это привело их к предположению, что "летающие тарелки" имеют враждебные намерения и, может быть, даже влияли на события на Земле во время войны. Мы не знали, что хотят обитатели этих кораблей, но могли понять по их поведению, особенно их вмешательству в жизнь людей и забою скота, что они могут быть нашими потенциальными врагами. Это значило, что мы столкнулись со значительно превосходящей нас силой, располагающей оружием, способным нас уничтожить. И в то же время мы увязли в "холодной войне" с Советами и Китаем, а наши разведслужбы были полны КГБэшников.

Военные обнаружили, что им пришлось воевать на два фронта – против коммунистов, которые хотели свергнуть наш строй, и, как бы невероятно ни звучало такое, против инопланетян, которые представляли гораздо большую угрозу, нежели коммунистические войска. Мы использовали их собственную технологию, технику инопланетян против них самих, снабдив ею тех, кто был связан с нами оборонными контрактами и затем приспособили ее для использования в космических оборонных системах. Мы занимались этим вплоть до 80-х годов, но, наконец, смогли развернуть достаточно оружия в рамках Стратегической Оборонной Инициативы, чтобы получить возможность сбивать вражеские спутники, разрушать электронные системы наведения подлетающих боеголовок врага, выводить из строя вражеские космические корабли. Нами была использована внеземная технология: лазеры, пучковое оружие, самолеты технологии "стелс". Наконец, мы не только победили коммунистов, положив конец "холодной войне", но и поставили в патовое положение пришельцев, которые оказались не столь уж неуязвимыми.

Что случилось после Розуэлла, как мы обернули инопланетную технику против них самих и как на самом деле была выиграна "холодная война"- это невероятная история. Из-за ее размаха я даже не представляю, насколько она невероятна...

Хотите – верьте мне, хотите – нет, но я расскажу, что случилось после Розуэлла и как маленькая группа офицеров военной разведки изменила весь ход истории человечества.

В Розуэллской пустыне

Хотя я и не был в Розуэлле в ночь, когда это случилось, но слышал множество различных версий об этом. Многие из них выглядят примерно так.

На экране радара авиабазы 509-го авиаполка, дислоцированной под Розуэллом, всю ночь на 1 июля 1947 года появлялись странные метки. Они пересекали экран с невероятной скоростью, недостижимой для самолета, и выходили из поля зрения радара. Ни один земной корабль не мог совершать маневры на такой скорости и так резко менять направление движения. Радар был проверен, и оказалось, что это не помехи, а нечто реальное, летающее в атмосфере. Фиксация целей была подтверждена операторами радара в Уайт Сэндс. Ту ночь и следующий день армейская разведка была встревожена – в небе происходило нечто странное. Разведывательные полеты над пустыней не дали ничего – летчики не видели никаких посторонних объектов. Но даже радарных наблюдений над важными военными базами было достаточно, чтобы командующие этих баз предположили враждебную природу по крайней мере части наблюдавшегося "нечто". Поэтому армейская разведка в Вашингтоне направила дополнительный контрразведывательный персонал в Нью-Мексико, особенно в 509-й авиаполк, являвшийся как бы центром чьей-то активности.

Радарные аномалии продолжались и на следующий день, когда Дэн Уилмотт из Розуэлла во время грозы увидел яркий овальный объект. Он летел на северо-запад. По всей видимости, тот же объект пролетел над молоковозом Стива Робинсона, проезжавшего к северу от города.

Вечером 4 июля 1947 года (хотя дата может изменяться, смотря кто рассказывает) операторы радаров обнаружили, что загадочные отметки не только вернулись, но и ведут себя странно – пульсируют на экране, словно у них меняется форма. Как раз тогда над пустыней бушевали невиданные грозы. Стив Арнольд, дежуривший на авиадиспетчерской вышке базы 509-го авиаполка, увидел мечущуюся на экране метку. Объект влетел в грозу и внезапно исчез с экрана. Все авиадиспетчеры посмотрели друг на друга и на присутствовавших здесь же контрразведчиков. Всех осенила одна и та же мысль: объект, чем бы он ни был, должно быть, разбился. Военные начали реагировать за считанные секунды после случившегося: это было делом национальной безопасности – найти и доставить на базу потерпервший крушение объект, пока кто-либо другой его не нашел. Контрразведчики были готовы к действиям даже до того, как офицер-оператор позвонил командиру 509-го авиаполка полковнику Уильяму Бланшарду. Тогда они еще считали, что это вражеский самолет, который пересек канадскую или мексиканскую границу для того, чтобы снять на пленку сверхсекретные военные базы. Они хотели удержать гражданских подальше от места крушения, чтобы те не нахватались радиации из разбитого двигателя – какая еще, мол, энергия могла позволить совершать головокружительные виражи на скорости три тысячи миль в час? К тому же никто не знал, не катапультировались ли летчики и не бродят ли они где-то по пустыне...

Бланшард дал "зеленый свет" поисковой команде, чтобы они выехали на поиски объекта так быстро, как только это возможно. Если что-то на самом деле разбилось, они хотели погрузить это на грузовики и доставить на базу до того, как он может попасть в руки гражданских властей, а история об этом – разболтана газетчиками.

Но авиадиспетчеры были не единственными из тех, кто видел крушение и думал, что это разбился самолет. Фермеры, семьи, выехавшие на природу и прочие местные жители видели "самолет", на борту которого в воздухе произошел взрыв. Объект рухнул на землю где-то в окрестностях Короны – города к северу от Розуэлла. Вскоре после полуночи 5 июля 1947 г. Джордж Уилкокс, шериф округа Чейвез, начал получать звонки о том, что в пустыне разбился самолет. Уилкокс сообщил об этом в Розуэллскую пожарную часть, пообещав перезвонить, когда хотя бы примерно уточнит место падения.

Обнаружение места крушения не затянулось надолго. Группа копателей индейских древностей, разбивших свой лагерь к северу от Розуэлла, видела и слышала падение. Увидев дымящееся место крушения, они сообщили об этом по радио в офис шерифа Уилкокса. Тот, в свою очередь, направил пожарных в точку, находящуюся примерно в 37 милях на северо-запад от города.

Примерно в 4.30 утра пожарная машина в сопровождении полицейской машины выехала к месту крушения. Но ни шериф, ни пожарные не знали, что туда же спешат военные, получившие приказ охранять это место и, если понадобится, предотвратить любую утечку информации о падении объекта.

Стив Арнольд, вооруженный винтовкой, был в одной из машин, которые выехали из расположения 509-го авиаполка. Военные достигли места падения первыми и стали устанавливать вокруг прожекторы. Арнольд увидел, что это непохоже на разбившиеся самолеты, которые он видел во время войны. Перед ним лежал корабль темного цвета, выглядевший почти неповрежденным – по крайней мере, не потерявшим ни одного крупного куска. Конечно, кругом валялись кусочки отбитого от него материала, но сам корабль не распался на части, как это произошло бы с обычным самолетом после крушения. В свете фар машин Арнольд увидел, что корабль имел дельтавидную форму со скругленными, как у раковины, углами. От обломков по-прежнему исходил жар, хотя крушение произошло еще до полуночи. Затрещал генератор, и вся сцена была залита светом прожекторов, как бейсбольное поле перед большой игрой в ночное время. Только тогда Арнольд заметил детали, ранее от него ускользнувшие – например, два закрылка на хвостовой части аппарата. Они смотрели вверх и в стороны. А в тени корабля валялись маленькие темно-серые фигурки, ростом 4-4,5 фута. Они выпали или сами вылезли из разрыва в борту корабля, словно нанесенного острым ножом...

– Эй, один из них жив! – услышал Арнольд. Он повернулся и увидел, что фигурка существа корчится на земле и словно бы кричит изо всех сил – но этот крик отдавался не в ушах, а в мозгу. Другое существо попыталось убежать от людей на песчаный холм, но песок под ним осыпался и оно снова и снова соскальзывало к его подножию. Прежде чем офицер успел крикнуть "Нет!", солдаты разрядили в него свое оружие. Существо рухнуло в песок и больше не поднималось...

По приказу офицера место крушения было "зачищено" от мельчайших следов крушения. Некоторые солдаты даже ползали на четвереньках, собирая крохотные кусочки, пока подъемный кран грузил объект, оказавшийся очень легким, на грузовик-платформу. Пришельцев должны были забрать медики.

Когда к месту падения приехали пожарные и полицейские, они увидели блестящие примкнутыми штыками винтовки солдат, загородивших дорогу. Дэн Дуайер, один из пожарных, разглядел в кольце прожекторов объект, который свисал с троса мощного крана. Его едва не уронили пару раз, пока объект, наконец, не был уложен на грузовик-платформу и накрыт зеленым брезентом.

Пожарным и полицейским приказали разворачиваться и ехать назад. Офицер сказал: "Пострадавших нет, все под нашим контролем". И все было бы хорошо, да вот только Дуайер увидел, как в грузовики затаскивают тела в мешках для трупов, положенных на носилки. Одно тело было не в мешке, а просто привязано к носилкам и шевелилось...

Дуайер узнал людей с базы, которые регулярно наведывались в город. Он слез с пожарной машины, надел свою каску и, пользуясь неразберихой на месте крушения, прошел мимо оцепления и все как следует рассмотрел. Дэн даже подошел к существу, привязанному к носилкам, и посмотрел прямо ему в глаза. Оно было не больше ребенка, но с большой круглой головой и даже не напоминало человека, хотя и имело некоторые человекоподобные черты. Большие черные глаза, тонкий нос и рот, словно прорезь, серо-коричневая кожа... Существо не издавало ни звука, но Дуайер каким-то образом понял: оно понимает, что умирает. Двое солдат погрузили пришельца на грузовик и спросили Дуайера, что он тут делает. Понимая, что увидел гораздо больше, чем хотелось бы военным, Дэн поспешил затеряться среди группы, которая разбиралась с обломками. Подобрав кусок чего-то вроде фольги, он смял ее в комок; когда он разжал кулак, она выпрямилась как ни в чем ни бывало, и на ней не осталось никаких следов. Дуайер положил этот кусок в карман.

Наконец, Дэн допрыгался: его заметил военный полицейский и отвел к офицеру, выкрикивающему приказы около генератора. Дуайер узнал его: это был житель Розуэлла, офицер разведки авиабазы Джесси Марсел. Тот, в свою очередь, узнал Дэна, хотя они и не были друзьями. Мягко говоря, косо на него взглянув, Марсел сказал: "Вы должны убраться отсюда. И никогда не рассказывайте никому, где были или что видели. То, что здесь происходит – совершенно секретно, и за это вас могут убрать. Что бы ни случилось, не рассказывайте об этом, не говорите ничего... А теперь садитесь в свою машину и езжайте отсюда, пока вас еще кто-либо не увидел и не арестовал всю вашу команду. Ну же!". Дуайер так и сделал...

Другие очевидцы, такие, как субподрядчик Рой Данзер, видели живого пришельца, привязанного к носилкам, уже на авиабазе. Данзер тоже ощутил, что существо умирает, это последние мгновения его жизни. Заметив лишнего свидетеля, военные полицейские весьма грубо с ним обошлись и пригрозили, что если он про это кому-либо расскажет, то сам он и все, кому он что-то разболтает, просто исчезнут.

Все остальное уже стало историей. Сначала Бланшард одобрил выпуск "тарелочного" пресс-релиза, облетевшего всю страну. Затем генерал Рэйми приказал майору Джесси Марселу выступить перед журналистами, чтобы этот пресс-релиз был дезавуирован. Марселу приказали заявить, что он допустил ошибку – принял обломки метеозонда за куски "летающей тарелки". При этом Марсел показывал куски от настоящего метеозонда и каялся в ошибке, какую бы он не допустил бы никогда. Эта ложь преследовала его до конца своих дней, пока он десятилетия спустя незадолго до своей смерти не признался, что той ночью в пустыне принимал участие в эвакуации корабля пришельцев.

За дни и недели после крушения военная разведка и контрразведка подавили все возможные источники утечки информации – одним угрожали, к другим применяли физическое воздействие и, по слухам, по меньшей мере одного человека убили, чтобы он ничего не рассказал. Дочь Дэна Дуайера по сей день не может сдержать слез, вспоминая высокого офицера в шлеме, который, постукивая дубинкой по своей руке, говорил ей, что если она не забудет то, что рассказывал и показывал отец, вся семья просто исчезнет в пустыне.

То, что было подобрано на месте крушения, перевезли в Форт Блисс, Техас – штаб-квартиру 8-й воздушной армии США. Впоследствии часть этих предметов переправили самолетом на авиабазу Райт-Филд в штате Огайо, позднее переименованную в Райт-Паттерсон. Оставшееся было погружено на машины и вывезено туда же со временной остановкой в Форт Райли, Канзас.

Конвой в Форт Райли

Когда я попал в Форт Райли, то быстро сошелся с местными парнями – Дэйвом Бендером, Джоном Миллером, сержантом Биллом Брауном, или просто Брауни, и Сэлом Федерико. Нас сдружило общее увлечение – боулинг, и тот барьер, что обычно стоит между офицером и нижними чинами, растаял как по волшебству. Я присоединился к их команде. Мы не раз побеждали во время всевозможных матчей и даже выиграли всеармейский чемпионат по боулингу. Победный кубок до сих пор стоит у меня на полке...

За праздничной суматохой 4 июля, Дня Независимости, и "отходняком" пятого никто не обратил особого внимания на груз, который везли из Форт Блисса в Райт Филд – тем более, что в накладных была указана обычная дребедень типа поршневых колец, шасси, ручных раций и т. п. Только вот обычно такой груз возили в обратном направлении – из Райт Филда в Форт Блисс, а не наоборот.

Ночью 6 июля я был дежурным офицером. Все было в порядке, кроме одного: у старого здания, давно превращенного в склад, не было часового – Билла Брауна. Когда я подошел, из темноты раздался его шепот. В голосе Билла явственно чувствовался ужас и волнение:

– Майор Корсо! Вы должны на это посмотреть! Мне самому не верится, хотя я это только что видел!

Оказывается, Билл Браун залез в склад из-за слухов о "невероятных вещах", увиденных солдатами, грузившими ящики. Как дежурный офицер, я имел право зайти куда угодно, в любое место, которое мне бы захотелось проверить. И я пошел за ним в склад.

– Что это, никто не знает, – сказал Билл. – Водители говорили нам, что это вывезено с места авиакатастрофы в пустыне где-то близ базы 509-го авиаполка. Но когда они заглянули внутрь, там было нечто непохожее ни на что виденное ими раньше. Ни на что на нашей планете...

Мы обошли ящики, накрытые брезентом. Посоветовав Биллу, которому здесь находиться было не положено, занять свое место на посту, снаружи, я откинул край брезента. Там было примерно тридцать с лишним ящиков, заколоченных гвоздями. Я поискал ящик, который можно было открыть легче других, не выдирая гвозди поодиночке, и вскоре нашел ящик, который, по всей видимости, кто-то уже открывал. Для ящика с оружием он был слишком странным, а для гроба – слишком маленьким. Сняв крышку, я посветил туда фонариком и чуть не потерял сознание.

Внутри находился стеклянный контейнер. В светло-голубой жидкости, заполнявшей его, плавал труп странного существа. Сначала я подумал, что это мертвый ребенок. Но оно не было ребенком. Это была человекоподобная фигура ростом 4 фута со странными руками по шесть пальцев на каждой, но без большого пальца. Тонкие руки и ноги дополняла чрезмерно большая голова в форме лампочки. Что-то меня толкнуло снять крышку контейнера и коснуться бледной серой кожи существа. Но я не могу сказать, была ли это кожа: она также была похожа на очень тонкий цельнокроеный комбинезон, облегающий тело существа.

Его глаза, должно быть, закатились, так как я не видел зрачков, радужки и вообще чего-либо напоминающего человеческий глаз. Глазницы тоже были огромных размеров, миндалевидной формы, скашивающейся к его маленькому носу, который даже не выступал над черепом, фактически это были почти одни ноздри. Все черты лица существа были сосредоточены на передней части черепа, занимая там сравнительно небольшое место. Ушей, бровей и каких-либо признаков волос не было, а рот казался тонкой прямой прорезью. Никаких ран или увечий на теле существа не было видно.

Порывшись в поисках сопроводительного документа, я нашел бумагу, в которой было написано, что существо было на борту корабля, разбившегося в начале недели близ Розуэлла, штат Нью-Мексико. А в путевом листе было указано, что из Райт-Филда труп этого существа надлежит передать в патологоанатомическое отделение морга при армейском госпитале Уолтера Рида, где, как я предположил, оно должно быть вскрыто.

Прочитав бумаги, я положил их обратно и как следует скрыл следы своего пребывания на складе.

– Вы ничего не видели, – сказал я Брауни. – И никому ничего не говорите.

– А что я видел, майор? – ответил сержант.

Я шел и надеялся, что кошмар, увиденный мной, остался там, позади, и никогда не вернется...

Предметы из Розуэлла

Действительно, я так никогда и не увидел снова тело существа, если не считать фотографий и зарисовок, сделанных во время его вскрытия. Они попали ко мне вместе с другими предметами, связанными с Розуэллом.

Я хорошо помню тот день в 1961 году, когда я стоял перед дверью офиса моего нового начальника – генерала Трюдо. Его офис располагался на четвертом этаже внешнего кольца Пентагона. Но почему мне надо было войти через заднюю дверь?

– К чему такая секретность, генерал? – спросил я его. – Почему я не мог пройти через переднюю дверь?

– Потому, Фил, что они уже следят за тобой, – ответил он. – Именно поэтому нам нужно кое о чем переговорить наедине.

Я знал, о чем он говорит. Холодная война была в разгаре. Вокруг были сплошные враги: в правительстве, в разведслужбах и даже в самом Белом Доме. Везде, не исключая кабинет президента, были люди, которые сознательно или не сознавая того старались заставить наше государство делать то, чего хотели в Кремле и КГБ. Многие решения, принимавшиеся тогда в государственных структурах, иначе просто непонятны. Мы хорошо знали, что ЦРУ было напичкано "кротами" из КГБ, а некоторые политики поддерживали идеи и выступали за такие шаги, которые могли привести только к ослаблению США и как нельзя лучше играли на руку нашим врагам.

Лишь немногие знали ужасную правду о Корее. Мы проиграли войну не потому, что были разбиты на поле боя, а из-за того, что нас все время предавали. Советские военные советники, сражавшиеся на стороне Северной Кореи, узнавали планы американского командования раньше, чем эти планы доходили до штаба Макартура. Мы вводили в бой новые системы оружия, а у Советов уже были готовы стратегии их захвата и передачи в Россию...

Генерал Трюдо одарил меня самой мрачной своей улыбкой и сказал, подводя к запертому серому канцелярскому шкафу с ящиками:

– Полковник, ты должен прикрыть меня. Я не смогу сделать то, что должен, в одиночку. Этот шкаф, Фил, сейчас доставят в твой кабинет. То, что лежит в нем, скажем так, несколько отличается от обычных зарубежных материалов. Это вещи из Розуэлла...

Когда шкаф был доставлен в мой собственный кабинет, я, донельзя заинтригованный словами Трюдо, открыл его, как подарок в рождественское утро. И... сердце мое в ту же секунду оборвалось. Я смотрел на все эти непонятные вещи, и до меня доходило, что моя жизнь в эту самую минуту совершает крутой поворот – наверное, самый крутой.

Здесь был клубок странных перепутанных проводов, непонятная ткань, какой-то явно надевающийся на голову предмет, серые плитки, похожие на крекеры с обломанными краями и еще множество головоломок. Я понял, что кошмар, пережитый мной в Форт Райли, вернулся.

– Ты уже заглядывал внутрь? – спросил генерал Трюдо, входя в мой кабинет.

– Что вы сделали со мной, генерал! Я думал, мы будем друзьями.

– Именно поэтому я и поручил это тебе, Фил, – ответил генерал без тени улыбки. – Догадываешься, какая это ценность? Понимаешь, на что готовы пойти другие спецслужбы, только бы заполучить хотя бы один из этих предметов?

– Они бы, наверное, убили меня.

– Тебя они, вероятно, и без того хотели бы прикончить. Но узнай они о том, что ты хранишь, они бы просто взбесились. ВВС уверены, что это принадлежит им, флот хочет иметь это, потому что они хотят все, что хочет ВВС, а ЦРУ хочет это заполучить, чтобы передать русским.

– Что же мне нужно делать?

– То, что у нас это есть – далеко не все, надо что-то из этого материала извлечь, причем так, чтобы ничего не попало не в те руки, иначе все тут же окажется в Кремле. Ваша задача: разобраться, есть ли здесь что-то, что можно использовать. Подберите специалистов, которым можно доверять, пройдитесь по спискам тех, кто работает по контрактам на оборону. Об этих материалах не знают другие спецслужбы. Они попали к нам прямо из Нью-Мексико вместо того, чтобы отправиться в Огайо. (В Огайо находится Центр воздушно-технической разведки ВВС США на базе Райт-Паттерсон, ранее Райт Филд. Именно там, по слухам, находится "голубая комната", центр хранения внеземных материалов. – М. Г.) И не спрашивайте меня, как так получилось. Разберитесь с ними и доложите мне.

– Кто-нибудь еще знает, что эти материалы у меня?

– Нет, так что не ведите себя, как кот, сожравший канарейку. Они следят за вами точно так же, как и за мной...

Разглядывать столь загадочные предметы было сродни взгляду в иной мир, живущий совсем по иным законам. Прежде всего мое внимание привлекли тонкие, гибкие и прозрачные, словно стеклянные, волокна. Когда я поднял их к свету, то заметил, что из них стало исходить свечение. Я понял, что волокна способны проводить свет и, видимо, служили на корабле пришельцев своеобразной проводкой. Но что это была за проводка – я не знал.

Затем я рассмотрел странные тонкие пластинки – размером примерно два дюйма, похожие по форме и размеру на крекеры. Они были сделаны из чего-то наподобие пластика, исчерченного тонкими проволочками, немного выступающими или вдавленными в поверхность этого материала. Это явно была электрическая схема, но непохожая ни на что виденное мною ранее.

Но больше всего я заинтересовался досье, которое описывало две прилагавшиеся эллиптические "ракушки" из темного материала, тонкие, как кожа. Патологоанатом из госпиталя Уолтера Рида писал, что они надевались пришельцами прямо на глаза и, похоже, усиливали свет даже там, где вроде бы была полная тьма. Сквозь эти накладные линзы даже человек мог видеть в темноте – правда, только контуры предметов.

Была там и серебристо-серая материя, напоминающая фольгу, которую можно было как угодно мять и гнуть, а она потом принимала прежнюю форму без всяких царапин и других следов. Разрезать ее было просто невозможно: нити, из которых была "соткана" материя, оказались неуязвимыми. Конечно, передо мной была не ткань – но и не металл.

Там я нашел описание и зарисовки прибора, внешне похожего на короткий и толстый карманный фонарик. Ученые из Райт Филд, описавшие этот предмет, говорили, что не могли увидеть светового луча, который испускал этот "фонарик" – до тех пор, пока не посветили им на стенку. Там появился маленькая красная точка, хотя самого луча по-прежнему не было видно. Предмет, помещенный перед "фонариком", задержал невидимый луч, но при этом сам стал дымиться. После различных испытаний ученые поняли, что это режущее приспособление пришельцев – что-то наподобие автогена. Когда "фонариком" посветили сквозь дым, луч стал виден как тончайший круглый "тоннель" в дыму.

Зачем он был нужен на борту корабля? Это я понял позже, когда познакомился с военными рапортами о случаях "забоя скота". В подобных случаях целые органы были изъяты без видимого повреждения прилегающих тканей. Режущий луч был на самом деле хирургическим инструментом, типа скальпеля, который использовался пришельцами при экспериментах на наших животных.

Однако самым странным предметом была головная "повязка", которая не делала ничего – по крайней мере, для людей. Скорее всего, она ловила биотоки мозга пришельцев. В ее гибкий пластик были впаяны приборчики типа электрических датчиков или проводников, напоминающих контакты на электроэнцефалографе или полиграфе (детекторе лжи. – М. Г.) Как считали специалисты ВВС, это могли быть устройства связи наподобие ларингофонов наших летчиков во время войны. Когда их одевали те офицеры, у которых голова была достаточной большой, чтобы коснуться всех датчиков, они испытывали необычные ощущения вплоть до головной боли и цветных вспышек в глазах. По всей видимости, подобное устройство определенным образом стимулировало отдельные участки мозга и в свою очередь считывало с него информацию. Может быть, при помощи "повязок" в мозг существ подавались некие команды или таким образом осуществлялась не только связь существ друг с другом или с кем-то еще, но и управление кораблем, обмен данными с его бортовыми системами. Похожую функцию осуществляли, по-видимому, и панели с "отпечатками" рук пришельцев, напоминающими отпечатки рук наших знаменитостей в цементе перед Театром Граумана в Голливуде.

Сокрытие правды

Пентагон никогда не спит. Не спалось и мне: я все время думал, как поставить на нашу службу инопланетную технологию. Я проводил в кабинете больше времени, чем дома, задумчиво глядя на стоящий в углу шкаф.

Конечно, я знал, что многие другие службы и ведомства вооруженных сил имели свою собственную порцию розуэллских предметов и документов. Все хотели заполучить в свои руки как можно больше этих артефактов, не желая оставаться на втором месте в необъявленной гонке за инопланетными технологиями. Всем хотелось заполучить какое-либо невиданное оружие. По Пентагону ходили слухи, что на базе ВВС Эдвардс в Калифорнии работают над изучением электромагнитно-волновых двигателей НЛО, что исследования разбившегося НЛО были применены в дизайне новых бомбардировщиков типа "летающее крыло", и т. п. Так что военные из других служб и ведомств ВС не могли не следить за нами, подозревая, что у нас тоже кое-что есть. И, конечно же, за нами следило ЦРУ. Я чувствовал себя на своем посту как на раскаленной сковородке.

К счастью для меня, розуэллская история в 1961-м была практически неизвестна вне высоких военных кругов. Но не для Советов.

...В 1947 году на другом конце света генеральный секретарь Иосиф Сталин был в бешенстве. С раскрасневшимся лицом, даже не пытаясь скрыть свою ярость, извергавшуюся из него как из вулкана, он потрясал номером "Roswell Daily Record" за 8 июля 1947 года, бросив его на центр стола ученым, находившимся в комнате, которые могли прочесть его по-английски. Сам Сталин не нуждался в американской газете – агенты НКВД в Аламогордо и так доложили ему, что команда американской армии захватила разбившийся инопланетный корабль и начинает разбираться с инопланетной технологией.

– Что они могут из этого извлечь? – вопрошал Сталин ученых. Ответа никто не знал...

Директор ЦРГ (впоследствии ЦРУ. – М. Г.) Роско Хилленкоттер знал, что повсюду шныряют советские шпионы, и доложил об этом президенту. К тому же перед ними встали миллионы вопросов. Было ли нашествие "тарелок" началом какой-то большой операции пришельцев? Имели ли пришельцы какие-либо контакты с СССР? Были ли они союзниками Москвы в "холодной войне"? Разведывали ли они нашу оборону, готовясь к вторжению в планетарном масштабе? Мы уже догадывались, что они явились с недобрым умыслом, но что конкретно им было нужно? Времени, чтобы реагировать, почти не было. К тому же если бы народ узнал о секретах НЛО, которыми обладали военные, могла бы начаться всеобщая паника. Что еще хуже, надо было сделать так, чтобы об этом не пронюхали Советы – прежде, чем мы сами не поймем, с чем имеем дело.

И тогда кто-то разработал план – одни говорят, что его создал сам Хилленкоттер, другие заверяют, что он был подготовлен министром обороны Форрестолом. Его план заключался в том, чтобы создать высокопоставленную группу для решения этой проблемы из людей, давно знакомых друг с другом, так, чтобы свести до минимума риск утечки информации. Даже существование этой группы должно было быть скрыто от всех, включая правительство. Для деятельности группы должен был быть специально введен новый сверхвысокий уровень секретности.

В разговоре с адмиралом Хилленкоттером и другими членами группы президент вдруг спросил: "А мы собираемся когда-нибудь сказать народу правду?" (Не спрашивайте меня, как я узнал о разговоре в таких верхах – мне поведал об этом мой старый друг и враг из КГБ, ну а о том, как эти сведения дошли до него, он умолчал.)

После этих слов повисла долгая пауза. "Так что же?" – настаивал президент. Он понял, что все не так просто. Если корабли пришельцев, невидимые для наших радаров, летают, где захотят, что помешает такому кораблю в одно прекрасное утро приземлиться на лужайке перед Белым домом или Кремлем? Что тогда скажет правительство своему народу?

Президент дал понять военным, что в этом случае последствия будут гораздо более серьезными, чем если дать людям узнать кое-что сейчас, а кое-что потом и давать строго дозированную и "сервированную" информацию. Именно такой стратегии придерживались люди, отвечавшие за "политику НЛО" в последующие пятьдесят лет.

Знаменитый документ Туайнинга от 23 сентября 1947 года, выдававший часть правды о "тарелках", преднамеренно содержал дезинформирующую фразу про "отсутствие физических доказательств в виде обломков потерпевших крушение объектов, которые могли бы бесспорно доказать существование этих объектов".

Три дня спустя, 26 сентября, генерал Туайнинг предоставил отчет о Розуэллском крушении и его значении для США президенту Трумэну и высшим чинам правительства. Созданная ими высокопоставленная группа включала адмирала Роско Х. Хилленкоттера, д-ра Ванневара Буша, министра обороны Джеймса Форрестола, генерала Хойта Ванденберга, д-ра Детлева Бронка, д-ра Джерома Хансейкера, Сидни В. Сойерса, Гордона Грэя, д-ра Дональда Мензела, генерала Роберта М. Монтегю, д-ра Ллойда У. Беркнера и самого Натана Туайнинга. Они стали ядром продолжающейся уже 50 лет операции, и некоторые люди называли их "Величественные-12". При Эйзенхауэре в Белом Доме их называли просто "группа".

Так как информация об этих объектах вскоре начала циркулировать не только по всем мыслимым кабинетам, но и на страницах газет, им пришлось разработать целый ряд групп и комитетов – в том числе и "Голубую книгу", занимающихся разными аспектами проблемы. Они были отделены друг от друга так, что никакой утечки информации не происходило. Все они направлялись и контролировались "сверху" этой высокопоставленной группой.

Генерал Туайнинг сказал президенту, что пришельцы враждебны, иначе они бы не уклонялись от контактов с нами и не разведывали наши секретные базы. И если нам придется воевать с ними, мы должны узнать о врагах как можно больше, особенно если придется подготавливать американский народ к возможной битве. Сначала, мол, надо провести необходимые исследования, но при этом приготовиться к дню, когда можно будет раскрыть всю правду. Народ надо будет довести до кондиции, когда люди смогут, не впадая при этом в панику, воспринять сам факт существования инопланетян.

...Наконец, я придумал стратегию действий: обращаться с внеземными технологиями точно так же, как и с земными. Передавать их тем компаниям, которые связаны контрактами с обороной, вперемешку с изучаемыми службой R&D земными военными технологиями. Говорить компаниям, откуда взялась та или иная технология, необязательно, да и у них самих желание болтать не появится, так как мы позволим им брать патенты на якобы "их" изобретения и снимать со "своих" патентов сливки. Я буду писать отчеты о внеземной технологии для генерала Трюдо точно так же, как и о земных вещах. Никто не должен заметить ничего подозрительного – обычную работу и все.

– Это превосходное прикрытие, Фил, – сказал мне генерал. – Когда мы начнем действовать?

– Сегодня ночью я напишу вам свой первый отчет, – ответил я. – Не стоит терять времени...

ВБС – Внеземные Биологические Существа

Я решил начать с главного – самих инопланетян.

"На фотографиях запечатлено существо ростом около 4 футов, – писал я. – Его тело выглядит разложившимся. Судя по медицинским отчетам, кожа, кости и органы существа отличаются от наших. Сердце и легкие больше, чем у человека. Кости тоньше, но более прочные из-за отличающегося от нашего химического состава. Кожа тоже имеет иной состав элементов, что, по всей видимости, имеет своей целью защиту жизненно важных внутренних органов от космических лучей, волнового воздействия или сил тяготения. Тем не менее в отчете указывалось, что медики-исследователи были более удивлены чертами сходства ВБС с землянами, чем чертами различия, особенно мозгом, который у ВБС больше человеческого, но устроен схожим образом".

Все это звучало полной фантастикой. Еще более фантастическим было то, что некоторые умозаключения удивляли меня самого. Неужто это написал на самом деле я, или кто-то вкладывал эти идеи в мою голову?

"Почему бы не предположить, что пришельцы, попавшие в наши руки, не представляют конечный процесс генетической инженерии, разработанной с целью адаптировать их к длительным космическим путешествиям в окружении электромагнитных полей со скоростями, которые обеспечивают физические эффекты, описанные Общей теорией относительности Эйнштейна? – написал я в своем первом отчете для генерала Трюдо. – Заметим: д-р Германн Оберт предположил, что мы должны считать Розуэллский корабль не космическим кораблем, а машиной времени. Это значит, что мы, быть может, должны считать ВБС, которые описаны в медицинских отчетах о вскрытии, скорее человекоподобными роботами, созданными специально для долгих перелетов через пространство или время, чем живыми существами".

Действительно, фотографии и отчеты о вскрытии заставляли считать, что данное существо было превосходно адаптировано к далеким космическим путешествиям. Как предположили исследователи из госпиталя Уолтера Рида, биологическое время для таких существ могло течь медленнее из-за более медленного обмена веществ, свидетельством чего и является большой объем сердца и легких. Такое сердце должно было делать меньше сокращений, чем человеческое, чтобы гнать жидкость молочного цвета, выглядящую почти как человеческая лимфа, по менее развитой "кровеносной" системе.

Внутренние органы существа сильно разложились, когда оно попало в руки исследователей. Похоже, что наша атмосфера для тела существа была почти чистым ядом, и его внутренности разложились быстрее, чем у земного существа за тот же срок.

Как верблюд может запасать воду, так и ВБС, похоже, был способен сохранять запас воздуха в своих огромных легких. Они функционировали как газовые баллоны, понемногу выпуская запас газа в организм. Это могло свидетельствовать и о том, что оно прилетело из места, где воздух был гораздо менее приспособлен для дыхания или его приходилось экономить во время полета, к чему существо было специально приспособлено.

Кости существа были более гибкими, что могло послужить прекрасным "противоударным" присоблением для ВБС. Я не удивился этому, зная, что и после крушения двое существ были все еще живы, хотя розуэллский корабль, (по мнению военных) был разведывательным аппаратом и не предназначался для посадки или выхода экипажа на Землю. И на нем не было никакой пищи, а у существ не было никакой выделительной системы – все, по-видимому, у ВБС выделялось и поглощалось через кожу, прикрытую цельнокроеной одеждой из единого куска гибкой, но прочной "материи". По мнению специалистов, без этой защитной одежды существо пострадало бы от космических лучей.

Так как на корабле пришельцев не было никаких традиционных панелей управления, специалисты предположили, что управление им осуществлялось при помощи уже упоминавшихся головных "повязок": биотоки мозга существ интерпретировались "повязкой" и передавались системам управления.

Из-за разлада между военными оказалось так, что все попытки как-то воспроизвести летную технологию пришельцев сосредоточились в руках ВВС и доступа к ним я не имел. Эксперименты проводились на базе ВВС Нортон в Калифорнии, а потом на базе ВВС Неллис в Неваде и особенно на знаменитой базе Грум-Лейк (так называемая "Зона 51" – М. Г.), где была разработана технология "стелс". Тем не менее корабль так и остался на базе Нортон, где ВВС и ЦРУ организовали что-то вроде музея внеземных технологий. На нем не было никаких обычных типов двигателей – ни атомных реакторов, ни реактивных двигателей, ни выхлопных отверстий или пропеллеров. Очевидно, корабль двигался за счет нейтрализации гравитации. Воспроизвести такую технологию не удалось и по сей день.

Операция начинается

– Это чертовский отчет, Фил, – сказал генерал Трюдо, заглянув в подколотую скрепкой пачку напечатанных на машинке листов, которые я ему первым делом протянул. Теперь дело было за учеными, которым можно было доверить настолько щекотливые вещи, пусть даже и в комплекте с обычной техникой.

– Я подумываю о Роберте Сарсбачере, – заметил я. – Конечно, Вернер фон Браун. Ганс Колер. Герман Оберт. Джон фон Ньюман.

– Как много они знают о Розуэлле? – хотел знать Трюдо, прежде чем ввести этих ученых в круг посвященных. Я заверил, что все они что-то да знали о Розуэлле из-за своей связи с R&D, а Вернер фон Браун еще в 1947 году консультировал генерала Туайнинга по данному поводу. Герман Оберт уже говорил мне, что объекты, которые появлялись на экранах радаров над Ред-Каньоном – такие же внеземные космические корабли, как и подобранный нами под Розуэллом, хотя я и не догадывался, как он это узнал.

– Наконец-то хорошие новости, – ответил генерал. – Я не хотел бы раскрывать секретную информацию тем, кто о ней совсем ничего до этого не слышал, и тем более людям без секретного допуска...

Я составил предварительный список внеземных технологий, требующих изучения и внедрения: усилитель изображения (прибор ночного видения), волоконная оптика, сверхпрочные материалы, лазеры, микросхемы, металлические сплавы с упорядоченной молекулярной структурой, пучковое оружие и т. д. По своей картотеке Трюдо нашел ученых, занимавшихся по заказу армии сходной проблематикой, и по каждому пункту списка адресовал меня в конкретную компанию и к конкретному специалисту. Я не был особо удивлен, увидев в списке Вернера фон Брауна, д-ра Роберта Сарсбачера и д-ра Уилберта Смита из Канады, а в списке компаний – "Доу Кемикалс", "Ай-Би-Эм" "Дженерал Электрик", "Лаборатории Белла", "Монсанто" и "Хьюгз Эйркрафтс".

– С чего начнем? – спросил я генерала.

– А с чего бы тебе хотелось?

– Мы уже работаем над усилителями изображения, – сказал я. – У нас даже есть те приборы, которые разработали немцы в конце войны.

– Ну что ж, – сказал генерал, – почему бы тебе тогда не съездить в Форт-Бельвуар? Они работают над приборами ночного видения уже десять лет – но ничего похожего на прибор из твоего шкафа у них нет. И вот что еще, Фил: ты поедешь туда не в форме и не на служебной машине.

В ответ на мой удивленный взгляд он объяснил:

– Все, что ты должен сделать, – это помочь им в их работе. Они уже давно занимаются своей проблемой, но после твоего визита их исследования сделают гигантский скачок. Ты же должен будешь исчезнуть. После того как они получат твой подарок, связь с руководством проекта буду поддерживать я. И никто об этом не должен знать...

Так все и началось. Мой голубой "олдсмобиль", может, и не был секретным оружием из американского арсенала, но то, что я в нем возил, впоследствии стало эффективным оружием "холодной войны" – и не только против коммунистической угрозы. Это было тяжелое время, потому что мы знали: не только свободному миру, но и всей планете угрожает гораздо более могучая сила, чем войска Советского Союза и Китая вместе взятые. Мы знали, что ВБС не были просто дружественно настроенными посетителями – они истребляли наш скот, похищали людей, разведывали секретные базы и постоянно преследовали пилотируемые и беспилотные космические аппараты.

Мы знали, что имеем дело с врагами, и преимущество было на их стороне. Мы должны были сделать так, чтобы вторжение или нападение на Землю стало для пришельцев слишком рискованной и дорогой затеей, – но мы понимали, что не добьемся этого, пока не завладеем технологией, которой располагал неведомый враг.

Именно потому, что мы были слишком слабы перед пришельцами, мы в те годы не могли открыть правду народу Соединенных Штатов.

"Холодная война" сослужила нам неоценимую службу – она давала нам основания непрерывно наращивать военную мощь и в ускоренном порядке развивать военные технологии. Люди знали, что страна готовится дать отпор коммунистической агрессии, но в то же время у военной гонки была еще и тайная цель: изменить в нашу пользу шансы в войне с пришельцами из космоса. Точно такой же политики придерживалось и в СССР – вооружаясь до зубов, там думали не только о земных целях, но и о космическом враге.

Между двумя сверхдержавами имело место молчаливое сотрудничество, целью которого было обеспечить наилучшую защиту планеты от инопланетян. Свидетельства этого молчаливого соглашения – политика по отношению к тем типам оружия, что разрабатывались в наших странах, и то, как вели себя правительства сверхдержав, когда дело уже доходило до "красной кнопки". С 1945 по 1975 годы война между Советским Союзом и США могла начаться по меньшей мере четырежды: во время блокады Берлина, Карибского кризиса, в ходе войны в Корее и войны Йом-Кипур (10-25 октября 1973 года).

Глубинной целью "холодной войны" было создание оружия против внеземных врагов. Иначе зачем бы понадобилось сверхдержавам накапливать запасы боеголовок, которые вдесятеро и больше перекрывали количество, требуемое для полного уничтожения не только военно-ядерного потенциала, но и всех густонаселенных территорий противника? Настоящая причина, стоящая за эскадрильями самолетов с атомными бомбами и флотилиями субмарин с ядерными ракетами на борту, состояла в том, чтобы, случись пришельцам высадить десант и захватить плацдарм на Земле, мы могли бы обрушить на эту территорию огромную огневую мощь, выжечь ее начисто и спасти планету. Пожертвовать ее частью, чтобы спасти всех остальных.

Эти пришельцы активно прощупывали наши оборонительные порядки на границе с Варшавским договором, проверяя, насколько быстро мы сможем на них отреагировать. Единственные наши успехи были достигнуты, когда было обнаружено, что системы радарного наведения ракет ПВО каким-то образом действовали на систему управления НЛО, и их полет становился хаотичным, пока они не выходили из-под прицела. Однажды нам повезло продержать НЛО в прицеле до тех пор, пока он не был поражен ракетой "земля-воздух". Эта ракета была выпущена батальоном ПВО, прикрывавшим базу ВВС Рамштайн в Германии в мае 1974 года. Корабль пришельцев упал в долину, был захвачен и вывезен на базу ВВС Неллис в Неваде.

Еще более пугающим было присутствие пришельцев около Земли и на Луне. Почти каждый полет в космос, особенно первой серии "Аполлонов", сопровождался их кораблями. По меньшей мере на 122 фотографиях, которые были сделаны астронавтами на Луне, запечатлелись следы присутствия пришельцев. Этот шокирующий факт был одной из многих причин, почему администрация Рейгана так активно продвигала программу СОИ в 1981-м.

...Итак, первой из инопланетных технологий поступили в разработку приборы ночного видения. То, что ученые уже занимались этой проблемой, послужило идеальной маскировкой "розуэллского следа": единственное, что могло вызвать подозрения у стороннего наблюдателя, – внезапный прорыв в исследованиях ночного видения. В 1963-м, когда генерал Трюдо и я уже покидали Пентагон, фирма "Мартин Мариетта электроникс" (ныне часть фирмы "Локхид-Мартин") выпустила опытные образцы прибора ночного видения и они проходили испытания в Европе и во Вьетнаме.

Пластинки электрических микросхем я передал в компанию "Белл". В их лабораториях был создан первый транзистор, и там полным ходом шли исследования в области полупроводников. По словам д-ра Германа Оберта, генерал Туайнинг приглашал их для консультации еще в первые дни после "розуэллской находки". Хотя Уильям Шокли работал над собственной версией транзистора еще с 1946 года, окончательным толчком к появлению наших транзисторов было изучение обломков из Розуэлла. Они волшебным образом вывели из тупика компьютерную технологию, проложив мост от громоздкого и малоэффективного лампового ЭНИАКа, созданного в оборонных лабораториях США, к наводнившим сегодня весь мир персональным компьютерам, а также – к управляемым ракетам и снарядам, оснащенным кремниевыми "мозгами". В наше время без них не обойтись...

Компьютерная технология развивается семимильными шагами, и не так уж далеко осталось до автоматических заводов, которые будут производить компьютеры без участия человека, до искусственного разума. Меня то и дело посещают мысли, не является ли именно проникновение "кремниевого разума" на нашу планету конечной целью далекого и неизвестного врага, а микросхемы на борту разбившегося корабля – настоящими хозяевами погибших существ? А может, компьютерная технология – своеобразный троянский конь, самый великий шпионаж в истории нашей Земли или диверсия, которая в один прекрасный день парализует нашу жизнь, а розуэллский корабль подбросили как отравленную приманку?

"Придержи коней, Фил", – говорил в таких случаях генерал Трюдо, когда меня заносило слишком далеко. Ученым, которым я вручил неземное наследие, наверное, было виднее.

Лазер и т. д.

Режущий плоть и даже металл "фонарик" пришельцев был еще одной внеземной технологией, с которой американские ученые познакомились до меня (повторяю, я был не первым добравшимся до розуэллских "трофеев"). Для инопланетян же он был хирургическим ножом, с помощью которого они резали наш скот. Хотя самое первое нашумевшее сообщение о "забое скота" попало в газеты в 1967 году, в Белом Доме мы читали подобные сообщения, которые не попадали в печать, еще в середине 50-х. Разведчики и группа Хилленкоттера-Туайнинга полагали, что "забой скота" – дело "рук" ВБС и что это для них почему-то очень важно – приземляясь, корабли пришельцев подвергали себя большому риску. Мы не могли заставить их отказаться от этой практики. В мрачных мыслях нам рисовался день, когда инопланетяне превратят в свою ферму всю Землю и будут разводить "на органы" или мясо не только скот, но и людей. Необходимо было срочно создавать свой лазер, чтобы мы могли его применять в армии как сигнальное устройство, прицел, дальномер, целеуказатель и мощное оружие. И, если понадобится, обернуть его против инопланетян.

Первый работающий лазер был сконструирован Теодором Мэйменом в 1960 году, спустя два года после того, как в Колумбийском университете развернулись масштабные и интенсивные исследования в этом направлении. Однако прибор из Розуэлла помог достичь большего – создать сверхмощный лазер, который может сбивать спутники и боеголовки. Когда мы работали над проектом противоракетной обороны, то подразумевали, что она может стать заслоном не только от советских ракет, но и, если понадобится, от инопланетных кораблей.

Световодные волокна, подобранные на месте крушения, явно были как-то связаны с механизмами управления корабля, разветвляясь и проходя как бы через распределительные щитки. В 1947 году об их назначении строились лишь догадки, но когда ученые "Лаборатории Белла" начали их как следует исследовать, все мало-помалу становилось ясным. В начале 1962-го Ганс Колер сказал мне, что эффект светопроводимости был обусловлен наличием различных слоев в световоде. По такому "проводу" можно было передавать не только свет, но и кодированные световыми импульсами звуковые сигналы, а также любую другую информацию.

За содействием в воспроизведении "ткани" пришельцев Трюдо послал меня в химические компании "Дюпон" и "Монсанто". Уже в 1965 году "Дюпон" объявил о создании материала нового типа – кевлара, а в 1973-м первые пуленепробиваемые кевларовые жилеты поступили в продажу и спасли тысячи жизней от смертельных ранений.

Ходили слухи о том, что в технологии самолетов-невидимок "стелс" использовали розуэллскую технологию. Это правда, но заимствование было не прямым. Армейская разведка знала, что корабли ВБС могут скрываться от радара, и у нас в руках были куски защитной обшивки корабля, поглощающей радиоволны. Воспроизвести ее в точности не удалось, но принцип был понят и вскоре у нас появились самолеты с поглощающей обшивкой, хотя и другого состава. Более того, поглощающей обшивкой стали покрывать даже некоторые снаряды, чтобы их траектория не могла быть прослежена радаром до места дислокации орудия.

В отчетах военных инженеров, исследовавших корабль, было описано, как пришельцы могли использовать "направленную энергию" – мощные пучки возбужденных электронов, которые можно было направлять на любую цель. В 1947 году об этом знали очень немного. Хотя вернее было сказать: военные не знали, как много они знают об этом, – так тщательно была засекречена вся информация о "луче смерти". Теперь подобное оружие уже действует, и даже выводится на околоземные орбиты, чтобы оттуда сбивать боеголовки и спутники. В 30-е годы над таким оружием работал Никола Тесла, один из самых блестящих гениев физики. Идеи Теслы настолько опережали время, что никем не воспринимались и начали воплощаться в жизнь почти столетием позже. Уже в XIX веке он начал размышлять о направленном энергетическом пучке, можно сказать, об "одомашнивании" молнии, – пронзающего атмосферу потока возбужденных электронов.

Никола Тесла был сыном сербского православного священника. В 1884 году он приехал в США, чтобы работать в лаборатории Томаса Эдисона. Еще до конца века он запатентовал несколько фантастических вещей – например, корабль, управляемый по радио и обходящийся без команды. А в 1915 году Тесла рекомендовал военному министерству США обратить внимание на другой его проект – устройство было не чем иным, как управляемой стратегической ракетой. В тридцатые годы Тесла писал в монографии об открытии, которое прекратит на Земле войны. Такое оружие требует мощной электростанции, но, по его словам, при этом способно останавливать целые армии и всю их технику в радиусе 200 миль: его владелец может поставить непроходимую и непробиваемую энергетическую стену на пути любой армии. Другим открытием Теслы и был "луч смерти": передача "в триллионы раз больше энергии, чем возможно через любой другой луч; много тысяч лошадиных сил, переданных через пучок тоньше волоса, перед которым никто не устоит".

В монографии Тесла отказался описать детали своего изобретения. Во время войны он писал союзникам – русским и англичанам, предлагая его для борьбы с фашизмом, но никто не счел его идеи здравыми. Но когда в 1943-м году Тесла скончался, ФБР тут же забрало все его бумаги и чертежи. Потом бумаги были переданы на его родину, в Югославию, но все что-либо ценное было скопировано или изъято. Хотя директор ФБР Эдгар Гувер все отрицал, фотокопии бумаг Теслы оказались в нашем распоряжении.

У пучкового оружия было два неоспоримых преимущества – скорость и продолжительность воздействия. Скорость пучка практически равнялась С, скорости света: даже НЛО летает медленнее и не может от него уйти. Во-вторых, мы могли удерживать пучок на цели до тех пор, пока он не окажет должного воздействия. Даже если не удастся уничтожить корабль, он будет поврежден. Кроме того, электромагнитное воздействие пучка должно было нарушить целостность электромагнитных полей, окружающих НЛО, и уже этим нарушить его способность к антигравитации. В отличие от лазерного луча, это оружие может действовать в любую погоду.

То, что мы создали, было сделано частично на основе работ Теслы и частично – после изучения аппарата, излучающего энергетические пучки, который был на борту их корабля. По моему мнению, он использовался как для навигации, так и в качестве оружия.

Звездные войны

Когда мы начали выводить оружие в космос, ВВС организовало первый проект "космического щита" – программу "Святой/Голубые близнецы". Целью этой программы было уничтожение вражеских спутников и, если получится, НЛО. Кодовым именем "Святой" были названы спутники слежения, модификация спутников ЦРУ "Дневник В", которые при помощи камеры и радара следили за появлением посторонних тел на околоземной орбите. Как только посторонний спутник или НЛО оказывался захвачен в прицел, к нему по сигналу начинал двигаться спутник-истребитель "Голубой близнец", чтобы врезаться в цель и вывести ее из строя или задержать на месте до подхода разведывательной капсулы с экипажем на борту.

Это было только первым шагом в войне против НЛО. Уже к концу 70-х годов у нас было лазерное и пучковое оружие, гораздо более надежное, чем спутники-истребители. Вершиной же создания щита против пришельцев стало создание программы "звездных войн", или СОИ. И мы, и русские знают, на самом деле против кого направлена программа. Против НЛО, которые считают себя невидимыми и неуязвимыми, колонизируют нашу Луну, режут животных и скот, похищают людей. Это не доброжелательные пришельцы, прилетевшие нас просвещать, а уроды-андроиды, клоны, ставящие на нас свои эксперименты. В те жуткие годы, когда у нас не было оружия против них, нам приходилось терпеть и молчать, скрывая правду, позволяя им делать на Земле все, что им хотелось. Так продолжалось вплоть до 1974 года, когда мы сбили первый корабль инопланетян над базой ВВС Рамштайн в Западной Германии. Когда же мы вывели в космос лазерное и пучковое оружие, которое работает не хуже молнии, повергнувшей на землю розуэллский корабль, пришельцы узнали – и мы знаем, что они узнали, что мы не беззащитны.

Когда Горбачев и Рейган пожали друг другу руки, договорившись о совместной борьбе против пришельцев, "холодная война" на нашей Земле закончилась. То, за что боролись наши страны, оказалось таким ничтожным по сравнению с угрозой из космоса, угрозой со стороны существ, которые считали Землю своей фермой, а нас – скотом. Теперь, когда "шаттлы" стали стыковаться к "Миру", и астронавты вместе с космонавтами пьют водку из пластиковых тюбиков, глядя в иллюминаторы на черноту космоса, они знают, что находятся под защитой космического щита.

В предрассветные часы июльской грозовой ночи военные, лишь смутно предчувствовавшие приближение катастрофических событий, поспешили к месту крушения неизвестного летающего объекта и взяли под свой контроль все последующие события. В те часы мы сделали самый первый шаг на пути противостояния несравнимо более сильному врагу. На пути, который спустя пятьдесят лет, хотя нам не раз случалось терять верную дорогу, привел к первой победе в битве с таинственным и страшным противником...

Михаил Герштейн.

НЛО и внеземной интеллект Аномальные Явления природы Астрономия и космонавтика
Новости сайта Наука и природа Файлы для скачивания
Stolica.ru
услуги электрика люблино услуги электрика люблино MEo
Реклама в Интернет
Пишите письма Занести в закладки Rambler's Top100
Copyright © ViSUAL 2001 - 2006
MSIECP 800x600, 1024x768